В этой битве нельзя отступать. На оказание помощи онкобольным ситуация с COVID-19 не повлияла

Коллеги продолжают свою работу в штатном режиме и оказывают помощь по профилю в необходимых объемах. Кроме этого, уже несколько лет два раза в неделю мы проводим утренние телеконференции с участием онкодиспансеров пятидесяти регионов, на которых разбираем сложнейшие клинические случаи, научные разработки наших коллег на местах, и делимся друг с другом опытом.
Еще в марте, предвидя ситуацию, мы наладили обратную связь с регионами, посвященную обращениям граждан по вопросам лекарственного обеспечения, получения планового лечения, поступающим на нашу»горячую линию», на сайт главного онколога. В первую очередь для того, чтобы оперативно помогать пациентам решать возникающие проблемы, связанные с ограничением передвижения, перепрофилированием некоторых лечебных учреждений. Такие контакты позволяют получать информацию из первых рук, непосредственно от специалистов, работающих в регионе, и от самих пациентов. Они задают много вопросов: как добраться до амбулатории, в которой назначен курс химиотерапии, нужно ли в условиях эпидемии продолжать профильное лечение, целесообразно ли перенести сроки плановой госпитализации, где брать лекарства в условиях строгой самоизоляции. Мы принимали решения сообща, советуясь с регионами в зависимости от меняющейся ситуации и по каждому конкретному случаю.
В случае необходимости мы, как федеральный центр, брали на себя сложных пациентов. Никто без помощи не оставался и не останется. Кроме того, мы усилили работу по проведению телемедицинских консультаций в режиме»врач — врач» с региональными специалистами. Интерес к проведению таких консилиумов особенно увеличился в период пандемии.

Многие медцентры специализированной помощи (в том числе и онкологические) были частично или полностью перепрофилированы для приема COVID-больных. Как это повлияло на оказание плановой онкопомощи?
Андрей Каприн: Когда мы говорим о перепрофилировании медицинских учреждений, то главным образом речь идет о мегаполисах, где работает не одно профильное учреждение. Действительно, изменения в работе на период пандемии коснулись многих столичных федеральных центров. Опираясь на опыт других стран, а также прогнозные расчеты, правительство и министерство здравоохранения страны разработали план поэтапного перепрофилирования и подготовки лечебных учреждений к вирусной атаке. Министр здравоохранения России называл конкретные цифры: всего было организовано около 127 тысяч коек по стране, из них 32 процента — резерв. К середине марта в России было 40 тысяч готовых к использованию устройств ИВЛ. Во Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) не раз отмечали, что Россия опережающими темпами подготовилась к росту случаев заболевания COVID-19.

В группу риска по COVID-19 попадали и около 4 миллионов россиян, которые находятся на диспансерном учете по поводу онкологического заболевания. Чтобы лечение и наблюдение этих пациентов не прерывалось, а риски инфицирования COVID-19 на любом из его этапов были сведены к минимуму, были разработаны новые временные порядки плановой госпитализации с учетом предписаний Роспотребнадзора и рекомендаций по самоизоляции населения. Онкологические учреждения по всей стране продолжают работать, поскольку лечение этих пациентов было и остается нашим приоритетом. Перепрофилирование онкологических региональных учреждений — особенно там, где оно является головным — не коснулось. И я хотел бы поблагодарить всех наших коллег за выдержку, стойкость и высочайший профессионализм, который они проявили и проявляют в это непростое для всех время.
А что изменилось в работе НМИЦ радиологии, которым вы руководите?
Андрей Каприн: Один из трех наших филиалов — НИИ урологии и интервенционной радиологии им Н.А. Лопаткина — был перепрофилирован для лечения пациентов с COVID-19, в первую очередь с имеющимися онкологическими или урологическими заболеваниями. Всех пациентов и многих врачей из перепрофилированного филиала мы перевели в два других филиала — МНИОИ им. Герцена и МРНЦ им. Цыба, тем самым усилив кадровый состав этих двух филиалов. Конечно, за исключением тех добровольцев, которые остались работать в инфекционном госпитале. Мы провели сравнительный анализ обращений в наш центр за одинаковый период прошлого и этого года и увидели, что их количество осталось на прежнем уровне, а число плановых операций даже выросло — почти на 400.
Куда направляют пациентов, если онкодиспансер вынужденно закрывается на карантин?
Андрей Каприн: Повторюсь: онкологические диспансеры продолжили работу и не закрывались полностью. Если пациенту требовалась высокотехнологичная помощь, которая не могла быть оказана по месту жительства, то он направлялся либо в региональный профильный центр, либо в федеральный.

Что показала работа»горячей линии», открытой в Институте им. Герцена на период пандемии? Пригодится ли этот опыт в дальнейшем?
Андрей Каприн:«Горячая линия» создавалась в первую очередь в помощь тем онкопациентам, которые находились на амбулаторном лечении, либо в перерыве между курсами химио- или лучевой терапии, и тем, кому были запланированы операции, исследования и т.д. Центр мобилизовал 30 сотрудников — молодых врачей-ординаторов, работников колл-центра. Они принимали звонки со всей России в режиме 24/7. В первые недели на»горячую линию» приходило больше тысячи обращений в день. Абоненты жаловались на некоторые задержки в проведении химио- и лучевой терапии, на перенос запланированных операций, сложности с анализами, на отсутствие понятного алгоритма маршрутизации для получения онкопомощи во время самоизоляции. Чтобы помогать, нам удалось наладить рабочие отношения со многими федеральными и региональными службами. Сейчас количество звонков не превышает 250 в день. Пока мы не планируем прекращать работу»горячей линии». Я думаю, что она будет работать до тех пор, пока останется востребованной нашими пациентами.
На днях минздрав объявил о распределении средств по программе борьбы с онкологическими заболеваниями. Как она выполняется, обеспечен ли в регионах доступ больных к современным лекарствам и высокотехнологичной помощи?
Андрей Каприн: У каждого региона есть свой паспорт по выполнению онкопрограммы, он расписан и по срокам, и по мероприятиям в соответствии с особенностями региона. Мы продолжаем регулярно общаться с региональными коллегами по выполнению этих задач. Я отвечаю за онкослужбу трех федеральных округов, но знаю, что и в других субъектах такая же работа ведется с участием главных внештатных онкологов.

Напомню, что в 2020 году в целях повышения доступности противоопухолевой лекарственной терапии и других современных методов лечения выделена субвенция на оплату медицинской помощи онкобольным в стационарных условиях и в условиях дневных стационаров. Из бюджета ФОМС бюджетам территориальных фондов перечисляется 271,3 млрд. рублей, в том числе дополнительно 115 млрд. рублей — в рамках федерального проекта»Борьба с онкологическими заболеваниями», входящего в нацпроект»Здравоохранение». 95 млрд. рублей выделено на химиотерапию, 9,4 млрд. рублей — на хирургическое лечение, 10,6 млрд. — на конформную лучевую терапию, еще 5 миллиардов — дополнительно на протонную терапию в рамках оказания высокотехнологичной медицинской помощи, не включенной в базовую программу ОМС.
По данным ФОМС, по состоянию на 1 апреля 2020 года субвенция была предоставлена субъектам в размере 67,8 млрд. рублей. Использование субвенции составило 63,5 млрд. рублей (93,6 процента от объема предоставленных средств), в том числе на противоопухолевую лекарственную терапию — 46,6 млрд. рублей.
Всего за этот период было проведено 690 тысяч курсов лечения в условиях стационара (круглосуточного и дневного), в том числе 470 тысяч курсов противоопухолевой лекарственной терапии.
Во время пандемии многие откладывали визиты к врачам без острой необходимости. Ожидаете ли вы большего выявления онкологических заболеваний после того, как эпидемия закончится?
Андрей Каприн: Хочу обратиться к вашим читателям: если вы почувствовали какие-либо симптомы недомогания, характерные для онкозаболеваний, немедленно обращайтесь к специалисту. Рак не будет ждать, когда пройдет пандемия. Конечно, временное прекращение диспансеризации и профосмотров может повлечь за собой снижение выявляемости онкологических заболеваний на ранних стадиях. Но мы все должны быть чрезвычайно внимательными к себе и своим близким. Если нет врача по месту жительства, звоните к нам на»горячую линию» — 8-800-444-31-02, мы поможем. Но собираясь к нам, пациент должен соблюдать все противоэпидемические требования, которые защищают наши клиники, врачей и пациентов от проникновения вируса.
Помните, что все региональные онкодиспансеры продолжают свою работу, профильные федеральные центры продолжают оказывать необходимую онкологическую помощь в полном объеме. Более того, мы активно внедряем различные новшества, чтобы упростить постановку диагноза и выбор схемы лечения, используем возможности телемедицины. Пациентов, которым требуется высокотехнологичная помощь, переводим в федеральные центры, значительно упростив схему маршрутизации. Эти меры позволят нам в значительной степени компенсировать временные ограничения на передвижение пациентов и проведение массовых скринингов.

Какие задачи встанут перед онкослужбой после завершения периода пандемии?
Андрей Каприн: Никто не отменял задач, которые стоят перед онкологической службой по реализации федерального проекта»Борьба с онкологическими заболеваниями». Государство финансово обеспечивает его выполнение. Цели, определенные федеральным проектом, — добиться повсеместного оказания высококачественной онкопомощи и снижения смертности от рака — остаются прежними, их реализация продолжается. Пандемия рано или поздно закончится. Я уверен, что опыт, полученный нами в этот сложнейший период, только укрепит наши силы и уверенность в эффективном выполнении поставленных задач.