В НМИЦ РАДИОЛОГИИ БЫЛА ПРОВЕДЕНА ЧАСТИЧНАЯ РЕЗЕКЦИЯ ЖЕЛУДКА ПАЦИЕНТУ С ДВАЖДЫ ПЕРЕСАЖЕННЫМ СЕРДЦЕМ

Операции у онкологических пациентов с тяжелой сопутствующей кардиальной патологией — часть ежедневной практики НМИЦ радиологии. Но в этом клиническом случае врачи столкнулись не просто с отягощенным анамнезом — сердечно-сосудистыми заболеваниями, а с больным, дважды перенесшим трансплантацию сердца. Он нуждался в радикальном удалении злокачественной опухоли желудка.

«Главной проблемой для анестезиологов у таких пациентов было то, что их трансплантированное сердце денервировано, т. е. оно не способно реагировать ни на какие лекарственные препараты, которые обычно используются во время анестезии и операции, а также в послеоперационный период, — поясняет руководитель отдела анестезиологии и реанимации МНИОИ им. П.А. Герцена д.м.н. В.Э. Хороненко. — На мониторе оно бьется с фиксированной частотой, не ускоряясь и не замедляясь в ответ на нагрузку или критические изменения. Нужна была индивидуальная программа ведения этого больного, которую мы разработали совместно с коллегами из НМИЦ трансплантологии им. В.И. Шумакова».

Еще один фактор риска возник накануне операции: при дополнительном МСКТ-исследовании был выявлен тромб в предсердии. Это исключало возможность стандартной установки электрода для экстренной стимуляции миокарда в случае развития осложнений. Анестезиологическая бригада под руководством Виктории Эдуардовны разработала особую тактику: пациенту заранее установили интродьюсер — «входной порт» для возможности экстренного вмешательства с помощью электрода, который держали наготове на протяжении всей операции и раннего послеоперационного периода.

«Мы организовали также одновременный артериальный и венозный мониторинг, и только после полной многоуровневой защиты пациента хирурги получили разрешение на начало операции», — дополнила профессор Хороненко.

«Для меня это был первый опыт хирургического лечения пациента с таким диагнозом, — рассказал заместитель генерального директора по хирургии НМИЦ радиологии Минздрава России д.м.н. А.Б. Рябов. — С точки зрения онкологического диагноза ситуация была понятная и стандартная для нас, онкологов: нужно было удалить часть желудка, в которой мы обнаружили опухоль. Но люди с пересаженным сердцем получают так называемую иммуносупрессивную терапию. Это делается для того, чтобы собственная иммунная система не отвергла пересаженный орган. Поэтому операция для них — это огромный иммунологический риск, и любая инфекция или послеоперационное осложнение могут иметь фатальный характер».

Третьим важнейшим фактором для команды врачей, участвующих в лечении пациента из Рязанской области, был тот факт, что однажды его организм уже отверг пересаженное сердце, и специалистам НМИЦ трансплантологии им. В.И. Шумакова пришлось идти на повторную пересадку. С ними врачи МНИОИ им. П.А. Герцена провели не одну консультацию при подготовке 56-летнего пациента к операции на желудке и во время самого хирургического вмешательства были на постоянной связи. 

На постоянной связи были и руководители обоих научно-исследовательских центров: академики РАН Сергей Владимирович Готье и Андрей Дмитриевич Каприн, для того чтобы можно было оперативно решить любую проблему в этой истории спасения человека. Простого инженера из Рязанской области, судьба которого зависела от каждого, кто имел к этому отношение.

По словам заведующей отделением медицинской реабилитации к.м.н. Анны Мерзляковой, работа с данным пациентом началась с самого момента поступления в стационар. С ним проводился комплекс специальных упражнений лечебной физкультуры, направленный на улучшение функций дыхания, обмена веществ, функционального статуса пациента и подготовку к операции.

Благодаря слаженной работе нескольких десятков медиков она прошла без осложнений.

После реанимации Геннадия Петровича перевели в отдельную палату, доступ в которую имел ограниченный круг специалистов.

«Мы понимали, конечно, что с точки зрения и медицинского сопровождения, и психологического этот пациент требовал повышенного внимания. Тотальный карантин, специальная антибактериальная терапия, специальное питание, специальная программа по физической реабилитации, — поясняет лечащий врач Геннадия Петровича Марина Макурина. — Ведь мы отвечали не только за пациента, но и за труд всех врачей, чьими усилиями ему была подарена новая жизнь».

Послеоперационная реабилитация, направленная на преодоление возможных последствий гиподинамии (пневмонии, тромбоза и других возможных осложнений), началась еще в условиях реанимации. Сначала это была дыхательная гимнастика, массаж конечностей, затем, когда хирурги разрешили вставать, стали расширять уровень физических нагрузок. Через две недели, к моменту выписки, Геннадий Петрович стремительно ходил по коридору и ничем не был похож на особенного больного.

Все эти мероприятия и — атмосфера любви и заботы, которую он просил отметить при прощании, позволили выходить, как говорили прежде сестры милосердия, столь сложного пациента.

«Если бы не жена, не родные, я бы, может быть, и не согласился на эту операцию, — признался Геннадий Петрович. — Их поддержка и искусство врачей помогли мне вновь встать на ноги и победить болезнь».